Выбор редакции

1930 «Игра». Даниил Хармс. Рис. В. Конашевича

Bo4kaMeda


01




02




03


Москва, ГИЗ, гос. тип. им. Евгении Соколовой, 1930.
12 с. с ил. (цв. фототипии). 19,5 х 14,5 см. Цена 22 коп. Тираж 25000 экз.
Чрезвычайная редкость!




04




05




06




07



08 кликабельно



07-1
08-1




08-2




09




10




11




12




13




14




Один из немногих прижизненных портретов Хармса, исполненный в 1939 году Алисой Порет


После гибели Маяковского в его честь была переименована Надеждинская улица в Ленинграде. Именно на ней в нищей коммунальной квартире жил другой выдающийся автор детских книг Д. Хармс. Его имя принято связывать с поэтикой абсурда, однако это определение не исчерпывает своеобразия творчества писателя. «Не рассказы его бессмысленны и алогичны, а жизнь, которую он описывает в них, —говорил один из ближайших друзей Хармса.—Формальная же бессмысленность и алогизм ситуаций в его вещах, так же как и юмор, были средством обнажения жизни, выражения реальной бессмыслицы автоматизированного существования, некоторых реальных состояний, свойственных каждому человеку. Юмором он обнажал не подлинную, застывшую, уже мертвую жизнь, не жизнь, а только мертвую оболочку жизни, безличное существование». Впрочем, эта характеристика относится скорее к «взрослым» произведениям, до 1960-х гг. известным лишь крайне узкому кругу посвященных. В творчестве Хармса и его товарищей по объединению «ОБЭРИУ» была определенная преемственность по отношению к раннему футуризму, выразившаяся в повышенном интересе к неизведанным возможностям заумного языка, в любви к эксцентрике, к скандальным и эпатажным публичным выступлениям. Вероятно, именно посещение одного из шумных поэтических вечеров натолкнуло С. Маршака на мысль привлечь участников группы к работе в журнале «Еж»: «Мне казалось, что эти люди могут внести причуду в детскую поэзию, создать считалки, припевы, прибаутки и прочее». В лице Хармса детская литература обрела одного из самых талантливых, парадоксальных, популярных авторов. Дети любили не только читать его стихи и рассказы, но и слушать его выступления на утренниках во Дворце пионеров на Фонтанке. «Как только Даня выходил на сцену, начиналось что-то невообразимое. Дети кричали, визжали, хлопали. Топали в восторге ногами. Его обожали. Он начинал с фокусов. У него в руках оказывалась игрушечная пушка. Откуда он ее доставал?! — не знаю. Я думаю, из рукава. Потом в руках у него появлялись какие-то шарики. Он доставал их из-за ворота, из рукавов, из брюк, из ботинок, из носа... Дети кричали так, что просто беда была. „Еще, еще, еще!" Потом он читал свои стихи». Выходя на эстраду, Хармс ощущал себя клоуном, фокусником, и в этой роли он выглядел совершенно органично; всевозможные эксцентричные выходки, розыгрыши, мистификации были неотъемлемой частью его натуры. «Казалось, он весь состоял из шуток. Сейчас я понимаю, что иначе он и не представлял себе своего существования. Чудачество было ему свойственно и необходимо». Эти черты характера писателя нашли самое непосредственное выражение и в произведениях для детей.

dlib.rsl.ru
raruss.ru


.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ